Тихоокеанские лососи вносят значительный вклад в биологические ресурсы Дальнего Востока. Однако в последние десятилетия их состояние серьезно подрывает браконьерский промысел, как в открытом океане, в прибрежье, так и в пресных водах - на заключительном этапе их жизни. Нерестилища таких крупных рек, как Камчатка и Большая сильно опустели, хотя казалось, что они неисчерпаемы. В бассейнах рек Авачинской губы уже давно нет промышленного лова всех видов тихоокеанских лососей.

Конечно, масса причин определила эти последствия - от социально-экономической ситуации в стране и до технической модернизации незаконного промысла. Однако решающую роль в экспансии пресноводного браконьерства и уничтожении прекрасных нерестилищ сыграли два фактора: значительный рост спроса на икру и активизация строительства дорог. Удаленные районы стали легко доступны, а вывоз добычи на машинах - чрезвычайно прост (фото 1).

По мнению ряда экспертов, браконьерское изъятие лососей в бассейнах камчатских рек и озер, вдоль которых пролегают автомобильные дороги, может составлять до 90% от заходов. То есть, реальный пропуск, порой в 10 раз больше, чем можно учесть на нерестилищах. По нашим опросным данным вылов лососей зарегистрированными пользователями в низовьях рек и прибрежье также может в 10 и более раз превышать разрешенные квоты. По сути - это то же браконьерство, но имеющее документальное прикрытие. Здесь во многом повторяется картина, характерная для осетровых Каспия, где по некоторым сведениям браконьеры вылавливают рыб в 25 раз больше, чем допущено квотой. Таким образом, незаконный промысел лососей становится одним из ведущих факторов динамики численности соответствующих популяций.

Цель работы - изучение особенностей браконьерского промысла в некоторых водоемах Камчатки и методические подходы к разработке количественной оценки его масштабов и последствий.

В 1993-2005 гг. нами был исследован ряд биологических характеристик производителей тихоокеанских лососей, заходящих на нерест в р. Паратунку (фото 2), которая впадает в Авачинскую бухту. Как было отмечено нами ранее, наиболее четким индикатором браконьерского воздействия на стада лососей является количественное изменение соотношения самцов и самок по мере удаления от устья к верховьям реки, поскольку браконьеры забирают самок из-за икры, а самцов выкидывают из сетей как малоценную добычу. Кроме того, не все самки, дошедшие до нерестилищ, успевают отложить икру - их вырезают на мелководье.

Наши многолетние исследования соотношения самцы/самки на разных участках р. Паратунки показали, что у кеты обычно оно в устье реки в целом за сезон близко к 1, а по мере продвижения к верховьям падает за счет преимущественного изъятия самок. В среднем течении последние годы у кеты на одну самку приходилось 4 самца. А у Паратунского ЛРЗ доходило до 36. Эти данные свидетельствуют, что усилия браконьеров в значительной степени сосредоточиваются на конечном участке миграционного пути заводского стада, где рыба максимально сконцентрирована и легко доступна для изъятия.

Хотя на нерестилищах, на первый взгляд, соотношение полов кажется более благополучным, чем у завода, на самом деле, и там число выпотрошенных браконьерами самок росло. Большая часть лососей имела раны от разнообразных орудий лова. Тем не менее, стала заметна тенденция к уменьшению количества поротых самок на нерестилищах, при общем сокращении доли самок. Это можно рассматривать как объективное свидетельство переноса браконьерского пресса в нижнее течение реки, в связи с явным уменьшением заполнения нерестилищ и резким снижением эффективности усилий по добыче икры в верховьях. Подтверждают это и наши непосредственные наблюдения за браконьерским промыслом в бассейнах рек Авачинской губы.

Для лова лососей в реках браконьеры используют разные снасти. На длинных плесах, где нет затопленных деревьев, ловят плавными жаберными сетями; на излучинах рек прячут под воду ставные. С высокого берега и с мостов цепляют рыб "смыком", а на мелководных нерестилищах самок обычно выдергивают стальным крюком - "яблочком".

Ущерб рыбным ресурсам, приносимый разными снастями неодинаков. Например, в ставных жаберных сетях погибает практически 100% рыб. При лове плавной жаберной сетью самцов выбрасывают в реку, и примерно половина из них умирает от травм. "Смыкальщики" также приносят заметный ущерб лососям: в верховьях мы отмечали до 40% рваных самцов.

Отлов рыб на нерестилищах крючьями, как правило, очень избирателен - в мелких прозрачных ручьях вытаскивают и режут почти исключительно самок с икрой. Поэтому в расчеты достаточно ввести количество распоротых самок, чтобы подсчитать прямой ущерб от браконьерства в местах нереста.

В последнее время преобладающими (по объему добычи) становятся плавные жаберные сети и закидные невода (~40-45%), за ними следуют ставные (~30%), потом живодерки (~15-20%). Средневзвешенная оценка потери самцов при браконьерском лове перечисленными орудиями дает результат, близкий к 50%.

Опираясь на приведенные данные, мы строили модели и рассчитывали браконьерский вылов кеты в р. Паратунке, где помимо естественного воспроизводства существует и искусственное.

Браконьерство условно можно разделить на промысловое и на незаконный лов, не связанный с промыслом. К первому разряду мы относим лов рыбаками, имеющими на то разрешение. Непромысловое браконьерство делят, в свою очередь, на бытовое и криминальное. Причем к первому относят незаконную добычу лососей для личного потребления, а ко второму - с целью обогащения. В рамках описываемых моделей мы оцениваем в основном криминальное браконьерство и, отчасти, промысловое. Масштабы бытового - неизмеримо меньше и изменение половой структуры стада определяется преимущественно криминальным браконьерством.

Подставив в уравнения конкретные значения исследованных и полученных от коллег характеристик, мы рассчитали такие параметры захода производителей кеты р. Паратунки в 2005 г., как браконьерское изъятие и его долю, суммарные подходы и т. д. Оказалось, что незаконные уловы были почти в 6 раз больше, чем официальные, составляя " 80% от подходов к устью реки.

Начиная с 1994 г. мы ежегодно проводили стандартные ихтиологические съемки в среднем течении р. Паратунки. Однако в последние 2 года на этом участке настолько уменьшилось количество рыб в уловах, что работу пришлось, в основном, перенести в устье реки. При этом у нас была возможность сравнить средние показатели "улов на усилие" в разных местах. Оказалось, что в 2005 г. по кете и горбуше в среднем течении этот показатель был в 3 раза ниже, чем в устье, а по кижучу - в 11 раз. Отсюда следует, что изъятие рыб первых двух видов на отрезке реки от устья до места стандартной съемки составляло около 66%, а кижуча - более 90%.

В отдельных случаях не менее значительной оказывалась разница показателей "улов на усилие" на рядом лежащих участках реки. Так, в августе 2005 г. был проведен контрольный лов закидным неводом на двух станах Паратунского ЛРЗ - "Парамон" (недалеко от устья р. Паратунки) и "Микижа", расположенном всего в 5 км выше первого.

В результате: внизу было поймано 200 экз. кеты (из них 2/3 самок), а на втором участке - 16 экз. кеты (и из них лишь 3 самки). Отсюда изъятие на этом небольшом отрезке реки превысило 90%, а также более чем втрое уменьшилась доля самок. Этот пример, во-первых, достаточно ярко показывает насколько значительно изъятие лососей в нижней части р. Паратунки, а, во-вторых, дает оценку, хорошо сопоставимую с нашими модельными расчетами в целом по этому речному бассейну.

Криминальное браконьерство хорошо организовано и оснащено. Схемы работы бригад достаточно разнообразны. Это линейные многодневные рейды вниз по течению навстречу поднимающейся на нерест рыбе (фото 3); челночные обловы, когда после сплава рыбаков с лодками и сетями снова забрасывают на машинах вверх по течению; временные станы и т. д. (фото 4).

По нашим подсчетам в 2005 г. во время массового хода нерки в р. Большой (включая рр. Плотникова и Быструю) только мобильными браконьерскими бригадами было уничтожено порядка 300 тыс. экз. нерки (или около 1000 т рыбы и 60 т икры).

Подробное обследование естественных нерестилищ р. Авачи в 2003 и 2004 гг. выявило почти полное отсутствие там тихоокеанских лососей в период их массового хода в Авачинской губе. В 2005 г. мы осуществляли экспедиционный лов лососей, преимущественно в нижнем течении этой реки, поскольку уже в 10 км от устья рыба в плавные сети практически не попадалась. Поэтому можно констатировать, что незаконный промысел сосредоточен в низовьях, где браконьеры преимущественно ловят ставными сетями, а также в бухте на подходах к устью.

В 2005 г. мы проводили рекогносцировочное обследование нерестилищ лососей в верхнем течении р. Камчатки и ее притоков. В результате было обнаружено, что там, на некогда обильных местах нереста чавычи, встречались лишь единичные особи этого вида. Кроме того, мы видели сотни самцов нерки, стоящих вдоль берегов в ожидании самок… Опросы жителей близлежащих поселков подтвердили наши наблюдения. Поэтому бригады местных браконьеров переместили свой промысел за хребет - в реки Соболевского района, либо в нижнее течение.

Помимо прочего, можно оценить и некоторые экологические последствия незаконного промысла. Во-первых, браконьеры, выбирая значительную долю самок лососей, подрывают их естественное воспроизводство. Во-вторых, прерывается часть потока вещества и энергии, который должен был дойти до мест нереста лососей и послужить развитию беспозвоночных животных - основы питания следующего поколения.

В-третьих, поскольку лососи в процессе подготовки гнезд для икры перекапывают грунт, освобождая от накопившегося ила выходы грунтовых вод, запустение нерестилищ влечет заиливание источников, ухудшение режима водного питания и их дальнейшую деградацию.

В-четвертых, изъятие значительной части заводских рыб браконьерами фактически обесценивает затраты на искусственное разведение.

Более того, браконьерский промысел, забирая в самой реке и на нерестилищах лососей разного происхождения, при наличии их интенсивного заводского воспроизводства в том же речном бассейне, функционирует как механизм, обеспечивающий постепенное замещение естественных популяций искусственно выращенными рыбами.

В конечном итоге, браконьерство несет вполне реальную угрозу самому существованию наиболее продуктивных популяций тихоокеанских лососей.

Мы уверены, что необходимо не только охранять нерестилища и бороться с браконьерским ловом на путях миграции рыб, но и изменить государственную политику в отношении лососевых ресурсов, разработав целый комплекс мер, в том числе - перейти на государственную монополию заготовки и продажи икры лососей.