Tысячелетиями реки играли (и продолжают играть) кардинальную роль в жизни людей, около рек возникали поселения и города, в них отражалась история и культура целых народов. Люди относятся с уважением и оберегают эти важные и надежные источники жизни. Поэтому естественен и интерес к рекам: они не только объекты научных исследований, но и достопримечательности, привлекающие путешественников. Легко, поэтому, понять наше желание своими глазами увидеть одну из крупнейших рек Северной Америки - Колумбию (Columbia River)¹ , о которой до этого приходилось только читать и слышать из рассказов очевидцев.

Путешествие наше не задумывалось как экспедиция с какой-то определенной программой. Мы хотели познакомиться с рекой и окружающей ее природой. Но то, что мы увидели, стало для нас своеобразным "открытием Америки", Америки, рачительно и мудро поставившей на службу нации богатства большой реки. Нам удалось увидеть, как американцы "завоевывают" собственную землю и, в какой-то степени, приблизиться к пониманию сложившихся в этой стране взаимоотношений природы и человека.

Мы знали, что Колумбия немного короче Днепра, но зато по количеству протекающей воды - в три раза больше него и лишь чуть-чуть не дотягивает до Волги. Знали мы также, что больших рек в Соединенных Штатах - раз, два и обчелся: Миссисипи с Миссури, Огайо, Колорадо и вот - Колумбия. По стоку воды Колумбия уступает только первым двум. Так что по всем признакам - большая, многоводная река. Заметили и интересную географическую особенность: войдя из Канады в пределы штата Вашингтон, она течет с севера на юг через обширное - шириной почти 400 км - плато, получившее название "Бассейн Колумбии" (Columbia Basin). Плато лежит между двумя хребтами - Скалистым на востоке и Каскадным на западе, которые тоже тянутся с севера на юг. Уже у границы со штатом Орегон река вдруг круто поворачивает на запад, навстречу Каскадному хребту, пробивает в нем обширную долину, затем так же поступает с Прибрежным хребтом и выходит к Тихому океану. Такое встречается не часто: обычно реки огибают горы, а тут - напролом.

Нам хотелось пройти Колумбию от ее верхнего течения до впадения в океан. Но Колумбию не пройдешь, как Волгу, на комфортабельном теплоходе - суда курсируют только в нижнем ее течении и по ее главному притоку - Снейку. Выручили великолепные американские дороги, проложенные вдоль реки почти на всем ее протяжении.

Отправились мы в мягкие сентябрьские дни, когда жара спала, а деревья на склонах гор только-только начали желтеть. В Америке это время называют "индейским летом", а для нас это были дни погожего "бабьего лета". Часов пять потребовалось, чтобы, покинув Сиэтл, перевалить через Каскадный хребет, углубиться в степные, а потом и полупустынные районы и, в конце концов, встретиться с Колумбией. Заметим, что в отличие от западного Вашингтона, давшего штату название "вечнозеленый", его центральные и восточные районы являют собой картину прямо противоположную. Но об этом чуть ниже.

Встреча с Колумбией произошла в каньоне Грэнд-Кули (слово Coulee, как толкуют словари, обозначает "глубокое ущелье"). Сюда река пришла из Канады, пройдя от истоков до границы путь немногим более 800 км, и затем по территории США - еще около 200 км. Отсюда начался наш четырехдневный путь длиной почти 1000 км. вдоль реки до ее впадения в океан.

Чем же замечательна Колумбия? Прежде всего, ее природными особенностями. Как уже упоминалось, на большом протяжении река течет через плато "Бассейн Колумбии". Чтобы понять, что такое девственная природа этого плато, нужно представить себе разбросанные в беспорядке по холмистой равнине куски сухих степей Нижнего Поволжья и каменистых пустынь горной Армении. Здесь жаркое и сухое лето и снежная с умеренными морозами зима. Пробиваясь через плато, река образовала многочисленные каньоны, глубина которых местами достигает нескольких сотен метров.

Как всякая река, питающаяся талыми водами с гор, в своем первозданном виде она была своенравна и порой опасна. Весной воды буквально обрушивались с гор, превращая реку в бурный поток, размывающий берега и заливающий низменные места. Но к лету река мелела, местами становясь вялым потоком и обнажая многочисленные пороги. Между тем, окрестные земли, пригодные для земледелия, страдали от длительных засух и нестерпимой жары: чтобы плодоносить, мало было обильного солнца, нужна была вода. В этом нелегком климате нужна она была и людям, жившим в немногочисленных бедных поселениях.

История сегодняшней Колумбии, поставленной на службу людям, исчисляется с начала тридцатых годов, когда страна с большим напряжением выходила из "Великой Депрессии". В 1933 году президент Франклин Д. Рузвельт подписал декрет о строительстве "Федеральной плотины Грэнд-Кули", положивший начало грандиозным преобразованиям, полностью изменившим лицо реки. Строительство первой плотины продолжалось восемь лет, и на этом месте возник самый мощный в стране гидроузел. Плотина длиной 1200 м - самая длинная в стране - подняла воду больше, чем на 100 м, и образовала громадное водохранилище - озеро Рузвельта. Широким рукавом оно, изгибаясь, уходит за горизонт. Размеры его впечатляют: длина более 240 км, а протяженность береговой линии превышает 900 км. Внутри тела плотины соорудили три машинных зала для турбогенераторов общей мощностью 6,2 миллиона киловатт. По мощности гидроэлектростанция "Грэнд-Кули" и сегодня занимает первое место в стране и третье - в мире, уступая лишь двум станциям, построенным в 1980-х годах: станции Итайпу на реке Парана в Бразилии (12 млн. кВт) и Саяно-Шушенской в России (6,4 млн. кВт).

Есть тут и необычная насосная станция. В весеннее половодье, когда в озере Рузвельта скапливается много воды, и генераторы могут производить избыточную энергию, в работу включаются насосы, которые способны перекачивать 600 куб.м воды в секунду (целая река!) в дополнительное (аккумулирующее) водохранилище, расположенное на сто метров выше плотины. В этом искусственном озере длиной 50 км накапливают столько воды, что ее хватает на орошение полей площадью 125 тыс. гектаров! Но и это еще не все. Когда к осени в озере Рузвельта остается мало воды и ее не хватает для покрытия потребностей в электроэнергии, часть запаса из верхнего водохранилища пускают обратно, к насосам, которые теперь становятся турбогенераторами и вырабатывают дополнительную электроэнергию. Как не удивляться мудрости американских инженеров, создавших это чудо в начале 1930-х годов? В память об историческом декрете и его творце перед зданием электростанции установлен бюст президента Рузвельта.

После "Грэнд-Кули" в том же 1933 году в 250 км ниже по течению началось возведение второй плотины - "Рок-Айленд", а затем и плотины "Бонневиль" в нижнем течении, которая ныне завершает каскад гидроузлов - оставшиеся после нее 250 км до устья Колумбия течет в естественном русле. Эти три плотины вошли в строй до начала 2-й мировой войны. Второй этап строительства относится к послевоенным 50-м и 60-м годам. Темпы и размах строительства на этом этапе наглядно продемонстрировали возможности американской экономики: всего за пятнадцать лет были построены еще восемь гидроузлов: "Макнери" (1953), "Чиф-Джозеф" (1955), "Даллес" (1957), "Прист-Рэпидс" (1959), "Роки-Рич" (1961), "Ванапум" (1963), "Уэлс" (1967) и, наконец, "Джон Дей" (1968). Ныне на американской части реки действует каскад из 11 гидроузлов. Каждая из плотин - это произведение строительного и инженерного искусства, однако в рамках короткой статьи приходится ограничиться лишь их перечислением. Добавим к сказанному, что позже и на канадской территории построили три плотины: таким образом, на протяжении полутора тысяч километров стоят 14 плотин. Можно смело утверждать, что такого не знает мировая практика. (Заметим в скобках, что главный приток Колумбии - Снейк, река тоже весьма заметная: ее длина 1700 км. Она берет начало в Йеллоустонском Национальном парке в штате Вайоминг и протекает через штаты Айдахо, Орегон и Вашингтон. На Снейке действуют еще 16 гидроузлов.)

Плотины превратили реку в цепь искусственных озер - водохранилищ, которые запасают значительную долю паводковых вод и позволяют регулировать ее расход в течение года. Вокруг водохранилищ созданы разветвленные ирригационные системы, благодаря которым иссохшая веками земля ныне родит тучные зерновые нивы, фруктовые сады и овощные плантации, кормит огромные стада животных. Только пшеницы фермеры продают почти 3 млн. тонн в год, по ее производству Вашингтон занимает пятое место в стране. Поля зерновых расстилаются на многие километры, местами уходя за горизонт. Тут же у полей - редкие небольшие хутора-фермы, один-два дома да хозяйственные постройки. Несколько человек - обычно одна семья - справляются с этими обширными нивами.

Сады - с дороги не видно им конца, их даже как-то неудобно называть садами - это фруктовые леса. Заботливо обработанные и увешанные плодами. Растут тут груши, персики, абрикосы, сливы, но особенно местные фермеры преуспели в выращивании яблок: штат прочно удерживает первое место в стране, продавая около 2 млн. тонн в год, причем это заметная статья национального экспорта. Идущий следом штат Нью-Йорк производит яблок в четыре раза меньше. Каналы, трубы, дождевальные установки, несущие земле животворную воду Колумбии, - непременные атрибуты ландшафта. Так и хочется назвать эту эпопею подлинным "освоением целинных и залежных земель".

Вторая, не менее важная ипостась Колумбии - электроэнергия. На всех гидроузлах - электростанции. Не такие большие, как "Грэнд-Кули". Но и не маленькие: две имеют мощность более 2 млн. кВт, еще три - "миллионники" (напомним для сравнения, что крупнейшая на Волге ГЭС у Волгограда имеет мощность 2,5 млн. кВт). Суммарно гидроэнергетический комплекс Колумбии обладает мощностью около 20 млн. кВт - он не только крупнейший в стране, но и один из самых мощных в мире. Самая дешевая в стране электроэнергия Колумбии внесла важный вклад в развитие сельского хозяйства и промышленности, а также в создание высоких стандартов жизни людей, населяющих этот суровый край. Гидростанции Колумбии обеспечивают не только нужды региона: их энергию экспортируют в соседние штаты и в Канаду.

И, наконец, судоходство. Четыре последние плотины имеют судоходные шлюзы, и эта часть реки стала надежной транспортной артерией: крупные речные суда и караваны барж идут по Колумбии и далее - по Снейку. На судах - зерно, фрукты, лес, стройматериалы и другие массовые грузы. В нижнем течении, где плотин нет, сохранилось естественное, достаточно глубокое русло. Здесь оживленно курсируют океанские суда, вывозящие из вашингтонских портов Лонгвью и Ванкувер и орегонского Портленда главные экспортные товары: лес и зерно.

А как обстоят дела с окружающей средой? Так ли безобидны для реки и ее берегов эти огромные преобразования? Нет сомнения, что среди читателей найдется немало тех, кто в прошлой жизни не жалел своего отпуска, чтобы проплыть по великим российским рекам. И тех, кому пришлось видеть перегороженную, позеленевшую от водорослей Волгу под Угличем или Казанью, или красавицу Каму, превращенную одной из "великих строек коммунизма" - Нижнекамской ГЭС в зловонное болото. Ничего подобного мы не увидели на Колумбии. Строители удачно использовали особенности рельефа: водохранилища, заключенные в каньоны, не разливаются вширь, как это бывает на равнинных реках, а "растут", в основном, вглубь. Благодаря этому здесь почти нет сильно прогреваемых мелководий, "зеркало" воды сужено, из-за чего уменьшаются потери от испарения.

Однако было бы неправдой утверждать, что река в полном порядке. Каждая плотина - это "нарыв" на теле реки. В основании плотин, в местах застоя, скапливаются осадки, которые, разлагаясь, загрязняют воду и наносят вред речной флоре и фауне. Особое беспокойство вызывает судьба тихоокеанского лосося (по-английски - Pacific Salmon). Многие тысячелетия пути миграции этой ценной рыбы к местам нереста проходили по Колумбии и Снейку. Теперь на пути рыбы встали плотины. Правда, строители позаботились и создали системы "рыбопроводов", через которые взрослые особи, следуя инстинкту и преодолевая страх, поднимаются к верхнему бьефу плотины. Находясь на "наблюдательных пунктах", ихтиологи через специальные окна наблюдают за ходом рыбы и подсчитывают ее количество. Эти системы производят большое впечатление и своей технической оснащенностью, и огромными затратами на их возведение и содержание.

Но оказалось, что это всего полдела: обратный путь в океан находит лишь небольшая часть молоди. Она во множестве гибнет у основания плотин. Проблему пытались решить созданием искусственных инкубаторов - хетчери, в которых оплодотворенную икру держат в заданных условиях, а полученных мальков выращивают в бассейнах. Подросшую молодь затем грузят в специальные баржи или автомобили и выпускают в реку ниже последней плотины. Мероприятие тоже не из дешевых. Но главное - исследования показывают, что, несмотря на все усилия, поголовье лосося с годами уменьшается. "Зеленые" бьют тревогу, и в последние годы набирает силу движение за снос плотин или, по крайней мере, за пробитие в них "брешей" для прохода рыбы. Кажется невероятным, чтобы власти и общество могли всерьез относиться к такой идее - ведь плотины и водохранилища для этого региона чуть ли не главный источник жизни и экономического процветания.

Но вот совсем свежие факты. Губернатор Орегона Джон Китцхабер заявил с высокой трибуны, что ради спасения нескольких пород лососей, нерестящихся в Снейке, надо "продырявить" хотя бы четыре плотины в его нижнем течении, то есть фактически ликвидировать водохранилища. Он утверждает, что роль этих плотин невелика: они дают всего 5% энергии, вырабатываемой в бассейне Колумбии, да еще на небольшом протяжении обеспечивают судоходство. Губернатор считает, что вымирание лосося в нынешних условиях неизбежно, и это слишком дорогая цена за незначительные выгоды, получаемые от этих плотин. Против ликвидации водохранилищ выступают, в первую очередь, фермеры, жизнь которых полностью зависит от воды для поливов. Но силы неравны: против фермеров не только лосось, но и перепроизводство зерна и фруктов. Губернатор Вашингтона Гери Лак тоже категорически против: по его мнению это нанесет непоправимый урон сельскому хозяйству и не принесет заметной пользы лососю.

Насколько серьезно это движение можно судить по тому, что соответствующие федеральные ведомства подготавливают рассмотрение этого вопроса в Конгрессе. И прецедент уже есть: недавно такая судьба постигла небольшую плотину на реке Элва на полуострове Олимпик. Остается ждать, что возьмет верх: судьба фермеров или забота о лососе.

Если говорить о "здоровье" реки, то ему угрожают по меньшей мере еще две смертельные опасности. Первая исходит от Хенфордского ядерного полигона, по границе которого Колумбия течет на протяжении почти 170 км. На территории этого полигона, протянувшегося на многие километры, находится действующая атомная электростанция, несколько давно закрытых заводов по обогащению урана и производству плутония (кстати именно здесь снаряжались атомные бомбы, сброшенные на Японию в 1945 году) и хранилища ядерных отходов. На участке реки, огибающей полигон, нет ни плотин, ни водохранилищ. Вокруг - выжженная полупустыня, и только мрачные корпуса старых заводов подступают прямо к берегу. Зрелище угнетающее. Многие тонны жидких радиоактивных отходов хранятся здесь в "дырявых" резервуарах, грозя массированным заражением подпочвенных вод и реки. Федеральные и штатные власти приняли многомиллиардную программу очистки полигона, пытаясь перекрыть пути попадания радиоактивности в реку. Но сегодня еще рано подводить ее итоги - опасность заражения не устранена.

Второй источник опасности гнездится у небольшого городка Юматила на левом берегу реки - это уже штат Орегон. Рядом с ним находится крупнейшее в стране хранилище химического оружия. В громадных подземных складах, протянувшихся на многие сотни метров, лежат боевые снаряды, бомбы и другие виды оружия, начиненного отравляющими веществами. По международным соглашениям все это подлежит ликвидации. Но, как оказалось, уничтожить это дьявольское оружие труднее, чем его изготовить. Для этого сооружаются специальные установки, - их работа сопряжена с опасностью утечек сверхтоксичных веществ в воздух и реку. Юматила - это тоже серьезная головная боль для местных и федеральных властей.

Завершая рассказ о впечатлениях от поездки вдоль Колумбии, хочется сказать, что путешественника, решившегося на такое путешествие, ожидают не только голые степи и камни, но и незабываемые виды снежных вершин и живописных долин, отличные парки и места отдыха. В нижнем течении реки, недалеко от впадения небольшой речки Худ, крутая дорога приводит к смотровой площадке с незабываемым видом на реку и ее берега. А внизу раскинулись нескончаемые фруктовые сады. Говорят, что они - дело рук японцев, граждан Америки, которых после Перл-Харбора интернировали и переселили из прибрежных мест вглубь материка. На Колумбии много интересных и красивых городов: Ричланд - город физиков-ядерщиков и инженеров, Портленд - крупный портовый город с красивым даунтауном и многочисленными мостами, Ванкувер (американский, в отличие от канадского), памятный тем, что в 1937 году здесь завершился первый перелет через Северный полюс экипажа Чкалова и, наконец, Астория - город в устье реки, где находится музей Льюиса и Кларка - первых американцев, пересекших в 1805 году материк от океана до океана. В Астории, перед тем как раствориться в океане, река заметно раздается вширь, и берега соединяет мост длиной 6 км. Под его высотной частью свободно проходят океанские корабли.

Судьба Колумбии - наглядный урок из истории страны, истории в которой тесно сплелись борьба людей с суровой природой, стремление взять у нее все возможное на благо общества, постоянная забота о сохранении среды обитания. Это и составляет одну из основ национального богатства Америки.

¹Колумбия - река в Канаде и США. Берет начало на западных склонах Скалистых гор в канадской провинции Британская Колумбия. Длина около 2000 км, из которых примерно 1200 км - по территории штата Вашингтон. Сток воды в нижнем течении - 5000 куб. м в секунду.