ВАЛЕНТИН БАЛАШОВ. С рыбой творятся сомнительные «чудеса»
| Прошедший год для рыбной отрасли России был непростым. И подходы лососевых к дальневосточным берегам подкачали, и запасы тресковых в северных морях опустились до минимальных уровней. Уплыли в прошлое богатые рынки сбыта, а на оставшихся воздвигли крепкие таможенные заборы. Альтернативы призрачны. Ближний Восток и Средняя Азия вряд ли станут «рыбоедами», да и народы Южной Америки скорее всего продолжат есть мясо. Африка. У них нет денег. Свой внутренний рыбный рынок ограничен покупательной способностью населения. В итоге к 2025 году прочно укрепилась зависимость российского рыбного хозяйства от Китая. Половина объема экспорта рыбной продукции теперь направляется в КНР. В добавление к сказанному, в последние несколько лет технические и технологические санкции дорого ударили по рыболовному флоту. Базовая производная от внутриэкономического перекоса — запредельно дорогие кредиты в российских банках. Внешние источники кредитования закрылись. Изменения политико-экономической среды сформировали в рыбном хозяйстве тренд стремительного роста производственных затрат и глубокого снижения показателя эффективности. Всё вместе взятое как-то очень быстро разрушило былое экономическое благополучие отечественной рыбной индустрии. Финансовые показатели большинства предприятий стремительно катятся вниз, определяя основную повестку дня — выживание в существующих условиях. На этом фоне появилась государственная идея увеличить потребление рыбной продукции до 28 кг в год на одного человека. Чиновники, депутаты, сенаторы, общественные лица более года увлеченно общаются на заданную тему. Росрыболовство создало автономную некоммерческую организацию (АНО) «Агентство по продвижению российской рыбной продукции». Обратное потребление Одновременно с происходящим в мире внутри страны с рыбой творятся сомнительные „чудеса“. В 2024 году у архангельского рыболовецкого колхоза конфисковали 147 тонн готовой продукции (треска, пикша, палтус, зубатка, камбала, окунь), еще у одного мурманского рыбодобывающего предприятия конфисковали 68 тонн. Всё передано в Росимущество. С учетом того, что сроки реализации истекли, данные пищевые товары подлежат уничтожению, то есть, должны быть сожжены в печи. В ближайшее время, подобная участь может постичь еще одно рыбодобывающее предприятие Архангельской области — у него арестовано с целью конфискации 140 тонн рыбы. Таким образом, с внутреннего рыбного рынка будет изъято более 350 тонн высококачественной пищевой рыбной продукции. Опасность заключается в том, что в дальнейшем подобная административная и судебная практика может распространиться на всю территорию Российской Федерации. Цена рыбной конфискации Что произошло. По сути своей за незначительное правонарушение (в данном случае естественная усадка ячеи тралового мешка на несколько мм), правонарушение, которое нигде в мире не карается большими штрафами (проверяющие, как правило, требуют от капитана заменить орудие лова или его часть), правонарушение, не повлекшее за собой никакого ущерба водным биоресурсам (не подтверждается), только первое предприятие вместе с капитаном заплатили штрафов на общую сумму 12,5 миллионов рублей. Рыболовецкий колхоз лишился продукции на 37 млн. рублей. Впустую потрачено 30 млн. рублей за время промысловой работы (зарплата экипажа, стоимость судового топлива, снабжения и провизии) и хранение рыбы в течении 9 месяцев. Общие потери трудового коллектива составили почти 80 млн. рублей. При реализации хозяйствующим субъектом данного товара налоговые органы получили бы 3,5 млн. рублей налоговых отчислений, а население 147 тысяч килограмм вкусной рыбы. По информации предприятия по утилизации биологических отходов теперь затраты на уничтожение (сжигание в печах) конфискованной еды (147 тонн) обойдутся федеральному бюджету в 12 млн. рублей, а 68-ми тонн — в 5 млн. рублей. Итак, сделайте небольшую паузу для «переваривания» информации. Расслабьтесь. А теперь, кто сможет, ответьте на вопрос — «в чем смысл этого административного упражнения». Об определении размеров штрафов в рыбном хозяйстве Для рыбодобывающих организаций наиболее неприятной является статья Кодекса об административных нарушениях (КоАП) — Статья 8.17. Нарушение правил и требований, регламентирующих рыболовство влечет наложение административного штрафа на должностных лиц (капитан судна) — от одного до полуторакратного размера стоимости водных биологических ресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, с конфискацией судна и иных орудий совершения административного правонарушения или без таковой; на юридических лиц — от двукратного до трехкратного размера стоимости водных биологических ресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, с конфискацией судна и иных орудий совершения административного правонарушения или без таковой. В этой связи обращает на себя внимание размер материального наказания для граждан-браконьеров (не юридических и должностных лиц). Даже в самой тяжёлой 3 части Ст. 256 УК РФ они караются штрафом в размере от пятисот тысяч до одного миллиона рублей. И внимание — никакой привязки к стоимости водных биоресурсов для браконьеров нет. По сравнению с этим за нарушения Правил рыболовства по Статье 8.17. КоАП на предприятия, работающие на основании договора с государством, накладываются откровенно чудовищные многомиллионные штрафы, именно по причине их исчисления от стоимости водных биоресурсов. Удивительная ситуация. За пользование объектами животного мира и водными биологическими ресурсами без разрешения (Статья 7.11. КоАП) для должностных лиц предусматривается штраф — от одной тысячи до двух тысяч рублей; для юридических лиц — от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей. А вот в случае нарушения ими же правил и требований, регламентирующих рыболовство (Статья 8.17. КоАП) при наличии этого самого разрешения штрафы будут миллионные, и исчисляются они от стоимости водных биоресурсов, да ещё и с возможной конфискацией судна и орудий лова. Конечно, штрафы за различные административные правонарушения по своим размерам могут отличаться. Но они в КоАП прописаны в числах «от и до». Это парадоксально, но существующая модель исчисление размера административных штрафов для хозяйствующих субъектов рыбного хозяйства по Статье 8.17. абсолютно исключительная — «супертяжёлая». В КоАП есть лишь один случай подобного подхода к расчету штрафов для «сырьевиков» в зависимости от стоимости предмета правонарушения — это незаконная добыча драгоценных металлов и (или) драгоценных камней. Очень блестящий аналог. Яркий. А теперь давайте зададимся вопросом «где драгоценные металлы — и где рыба». Как выглядит российский внутренний рынок алмазов и рынок рыбной продукции? Какое влияние на жизнь российского населения оказывают изумруды и золото, и какое рыба — регулярный массовый продукт питания? Об основаниях конфискации рыбной продукции, судна и орудий лова Это отдельная тема, требующая профессионального анализа. Очевидно одно — нормативно-правовая основа причин для изъятия у рыбодобвающих организаций продукции, судна и орудий лова сформулирована в законодательстве размыто. В каких случаях, на основе каких критериев происходит конфискация чётко не определено. Всё субъективно — решает должностное лицо административного органа (инициатор), в последствии суд. Густой правовой туман создает возможность широко толковать законодательство. Федеральный закон «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» от 20.12.2004 N 166-ФЗ, Статья 54. 2. Незаконно добытые (выловленные) водные биоресурсы и рыбная продукция из них подлежат безвозмездному изъятию или конфискации в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (с исключениями некоторых видов водных биоресурсов). А что такое «незаконная добыча (вылов) водных биоресурсов»? В каком федеральном законе дано определение этого понятия, для оценки действий хозяйствующего субъекта? Говорят, что мол, есть Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.11.2010 N 26 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов». Ну, во-первых, это лишь разъяснения судьям, которое сделано, не от хорошей жизни, а именно по причине отсутствия указанного понятия в законодательстве. Причем разъяснения в некоторых местах с производственной точки зрения довольно спорные. Во-вторых, речь идет об уголовных преступлениях, а не об административных правонарушениях. В Федеральном Законе о рыболовстве, в гражданском и административном законодательстве до сих пор нет понятия «незаконная добыча (вылов) водных биоресурсов». В результате, как теперь показала практика, при контроле предпринимательского промысла за нарушения Правил рыболовства, когда предметом правонарушения являются водные биоресурсы, можно опираясь на Статью 54. Закона о рыболовстве при применении Статьи 8.17. КоАП использовать меру наказания «конфискация рыбной продукции». А ещё можно конфисковать судно и орудия лова — никаких ограничений для таких решений нет. Это фактически приравняло рыбопромышленников к гражданам-браконьерам. Только, вот, те «нелегалы», и вполне логично у них забрать всё перечисленное. А рыбохозяйственные организации работают по долгосрочному договору с государством, имея соответствующие разрешения на промысел, экономическая деятельность «рыболовство» для них является основной. Отсутствие в законодательстве понятия «незаконная добыча (вылов) водных биоресурсов» применительно к организациям рыбного хозяйства, отсутствие градации административных правонарушений в сфере рыболовства по степени тяжести и критериев применения норм о конфискации средств производства и продукции, заставляет предприятия рыбной отрасли каждый день реально нервничать. И ждать, когда и по какому поводу после конфискации рыбы теперь могут начать конфисковать рыболовные суда. Сложившийся подход к административным наказаниям рыбодобывающих предприятий в принципе ненормален. Он носит демонстративно дискриминационный характер в сравнении с другими видами хозяйственной деятельности, включая все основные сырьевые отрасли. Это делает работу рыбацких коллективов непредсказуемой и подрывает экономическую основу устойчивого развития одной из отраслей пищевой промышленности. Не нужно обладать академическим умом для того, чтобы понять, что многомиллионные штрафы отражаются на ценах на рыбу. За всё, в конце концов, платят российские граждане. Кодекс действует более двадцати лет Общество и государство развиваются постоянно, и время требует адаптации законодательства к существующим реалиям. Подготовлен проект нового Кодекса об административных правонарушениях, который в настоящее время проходит процедуру межведомственного согласования. Через какое-то время проект федерального закона поступит в Государственную Думу, а затем в Совет Федерации. И в Законодательном Собрании в этой связи начнется серьезная работа. У российских предпринимателей сформировался твердый запрос на снижение административного давления. Наказание должно быть соразмерно степени вреда от совершенного деяния, с этим согласны разработчики законопроекта. В новой редакции проекта Кодекса задан подход на усиление профилактической и предупредительной роли, на градацию правонарушений и определение оптимальных размеров штрафов. Работа с будущим законопроектом даёт возможность рыбной отрасли, включая соответствующие органы государственного управления проявить активность и предложить субъектам законодательной инициативы необходимые и обоснованные проекты изменений КоАП. Это сигнал всем рыбопромышленникам Российской Федерации. Сегодня пришло время провести комплексный анализ и дать экономическую оценку применения действующих норм административного законодательства в части наказаний субъектов хозяйственной деятельности в сфере морского рыболовства. Следует понимать каждому, кого это касается — никто кроме рыбопромышленников и их общественных организаций этого делать не будет. Nord-News |
