Создание «рыбной биржи» в России — яркая иллюстрация древнегреческой истории про царя Сизифа, которого приговорили бесконечно и бесцельно катать огромный валун на гору.

Вот уже более пятнадцати лет усиленные старания чиновников разных уровней«обеспечить прозрачность механизмов торговли рыбной продукцией» вызывают сочувствие и добавляют карикатурности в информационную повестку отрасли.

При всей кажущейся эффективности этой затеи, от неё нет никакой пользы. Все прилагаемые усилия напрасны. Тяжёлый валун, едва достигнув вершины, раз за разом сказывается вниз.

Пожалуй, самое яркое падение произошло 3 сентября аж 2015 года, когда на Восточном экономическом форуме глава тогда Сахалинской области Олег Кожемяко и президент Сбербанка Герман Греф подписали соглашения о создании рыбной биржи. В том же сентябре договорились запустить эту рыбную биржу. Всё, казалось, можно было отереть пот со лба… Но валун вновь с грохотом покатился вниз.

И так полтора десятка лет.

Этот бессмысленный изнурительный труд продолжается из года в год и единственным прогрессом на сегодняшний день стало то, что словосочетание «рыбная биржа» в официальных бумагах начали брать в кавычки. Видимо, с годами и государственные чиновники начали подозревать очевидность ясную во всём мире: рыба – это не биржевой товар и торговать рыбой на бирже невозможно в принципе. Во всём мире рыбой торгуют на аукционах. Тем не менее, «ход разработки механизмов по реализации рыбной и иной продукции из водных биологических ресурсов на «рыбных биржах» в полном разгаре.

Очередная попытка закатить валун на гору Тартара была запланирована на пятницу 7 апреля на заседании Комиссии Правительства Российской Федерации по вопросам развития рыбохозяйственного комплекса. «О ходе разработки механизмов по реализации рыбной и иной продукции из водных биологических ресурсов на «рыбных биржах» (Ответственные: Минсельхоз России, Росрыболовство, Минфин России, Минэкономразвития России, ФАС России. Докладчик: статс-секретарь – заместитель Министра сельского хозяйства Российской Федерации М.И. Увайдов». Так это дословно сформулировано в повестке.

Но не срослось!

Однако, эта тяжёлая, бесконечная, безрезультативная, мучительная работа, безусловно, будет продолжена и в Минсельхозе, и в Росрыболовстве, и в ФАСе, и в…

Сизиф снова начинает всё сначала.

В отличие от древнегреческого персонажа чиновников на эти вечные муки не осуждали. Свои усиленные старания они могут прекратить в любой момент, но их работа показательна. В этом смысле она напоминает другую историю, которую использовал в своей басне Иван Крылов, про мартышку с чурбаном. Помните, как она создавала видимость важной работы. Ради похвалы обезьяна лишь воспроизводила действия действительно работающего. Устала же она по-настоящему. Однако видевшие все ее старания люди воспринимали усилия животного как представление, а не результативную и осмысленную деятельность. Как кривляние, самолюбование.

И это называется мартышкин труд.