На фоне многочисленных публикаций в СМИ России по поводу введения крабовых аукционов статья «Воду мутят краболовы с Севера« главного редактора аналитического издания «ГдеРыба» Макса Фишмана занимает особое место.

Особое – потому что в этой статье крабовая ситуация переворачивается с ног на голову. И переворачивается красиво – в форме некоего разоблачения.

Фигурантом в статье выступает краболовная компания, которая, по предположению автора статьи, не собирается строить рыболовный флот в России и намерена отозвать свой заказ у одного из российских судостроительных заводов…

Мы специально не называем эту компанию и этот судостроительный завод (хотя в статье они поименованы) по той простой причине, что данная ситуация касается всех рыбодобывающих компаний страны и, соответственно, всех российских судостроительных компаний, намеревающихся строить отечественные рыболовные суда.

Общая же ситуация же заключается в том, что Правительство Российской Федерации своим Распоряжением от 16 августа 2018 г. № 1697-р «О плане мероприятий («дорожной карте») по развитию конкуренции в отраслях экономики РФ и переходу отдельных сфер естественных монополий из состояния естественной монополии в состояние конкурентного рынка на 2018 - 2020 гг.» пунктом 2 главы XVI «Рыбохозяйственный комплекс» переступило некую условную черту, разделяющий между собой бизнес цивилизованный и бизнес криминальный.

Цивилизованный бизнес, как известно, осуществляет свою деятельность в соответствии с законами той страны, на территории которой он существует.

Бизнес криминальный эту свою деятельность осуществляет на той же территории, но только уже не по законам своей страны, а по понятиям той группировки, которая имеет власть над другими.

В соответствии с Законом о рыболовстве Российской Федерации в нашей стране действует «исторический принцип» распределения водных биологических ресурсов. Принцип этот рыночный – квоты можно приобретать: покупать и продавать. Только не в розницу, а оптом, вместе с предприятием. Эти квоты имеют и залоговую ценность – при наличии квот банки готовы предоставлять этим предприятиям кредиты.

Правительство Российской Федерации, не желая исполнять российское законодательство, в придуманных по ходу этого «спектакля» целях создания «условий для входа на рынок добычи (вылова) водных биоресурсов новых участников», переворачивает с ног на голову «исторический принцип» и по собственной воле вводит новое понятие в экономику рыбохозяйственной отрасли страны: «Распределение 50 процентов объема квот добычи (вылова) краба, ранее распределявшегося по «историческому принципу», путем проведения аукциона в электронной форме».

При этом НИКОМУ в Российской Федерации не секрет (об этом опубликовано множество статей в российских СМИ), что вся эта «затея» с крабовыми квотами – «дань» только ОДНОМУ новому участнику – недавнему еще новичку в рыбном бизнесе, назвавшимся гордым именем «Русская рыбопромышленная компания».

Бесстыдство государственных чиновников России не знает чувства меры. Безнаказанность и коллегиальная безответственность порождает все новые и новые «понятия», главной целью которых является у всех них одно и то же – извлечь свою личную прибыль вне зависимости от того выгодно это государству или нет. Государственные чиновники служат не государству, а своему карману, а потому цинично растаскивают, расхищают, разворовывают, отнимают у бизнеса все, что можно еще прикарманить.

Мы знаем прекрасно, что крабовыми квотами дело не закончится.

Все началось с «квот под киль». Но первый блин оказался комом… Слишком серьезным было сопротивление рыбацкой общественности и пришлось «инициатору» отступить и поделиться.

Крабовые квоты, владельцами которых являются не столь многочисленные компании, как добытчики минтая или сельди, представляют больший интерес.

Во-первых, как я уже сказал, владельцев этих квот не так уж много.

Во-вторых, проведен первый экзамен по крабовым аукционам и выяснено, что никто не способен конкурировать на этом рынке с «Русской рыбопромышленной компанией», которая может себе позволить не только выкладывать миллиарды рублей, но и при этом… не заморачиваться на добычу приобретенного, выбрасывая на ветер эти самые миллиарды.

В-третьих, в связи с высокой рентабельностью крабовой продукцией, можно (как это уже было на одном из Госсоветов) обвинить краболовов в том, что они больно «жирные» и не делятся с «государством» (закавычено, потому что к государству этот «дележ» не имеет никакого отношения – краболовные и другие рыбопромышленные компании законопослушно и исправно платят все налоги).

Отобрав у краболовов половину квот, можно будет впоследствии прибрать к рукам и вторую их половину, постепенно обанкротив эти компании.

А затем наступит период наступления на дальневосточный лосось.

И потом снова можно будет вернуться к заветному минтаю…

Сломив, конечно, предварительно сопротивления рыбацкой общественности, голос которой с приходом в ВАРПЭ Германа Зверева, звучит сегодня на всю страну.

Таков сценарий развития рыбной отрасли по «понятиям», которые определил премьер-министр России Дмитрий Медведев.

А теперь вернемся к статье «Воду мутят крабы с Севера». «Мутят», подчеркнем, не в Белом Доме, где утверждаются «понятия» о новом ресурсном переделе, а на рыбацком Севере, где люди трудятся, добывая этот краб, создавая продукцию, зарабатывая на этом деньги и выплачивая государству налоги…

Краболовная компания хотела (очень или не очень неважно) строить суда в России, как попросил (или обязал) рыбаков Президент страны.

И привлекая в этих целях кредит, рыбаки, естественно, полагали, что на установленный законодательством Российской Федерации «исторический принцип» уже (наконец-то!!!) никто не посягнет, и они могут рассчитывать в своих дальнесрочных перспективах на наличие у них тех объемов квот, которые им достались по этому самому «историческому принципу».

Но государство в лице премьер-министра страны их обмануло и самым нахальным образом лишило их тех самых дальнесрочных перспектив, которые представители крабового бизнеса связывали (в том числе) и со судостроением).

И в чем же тогда заключается смысл обвинения краболовной компании, которая, лишившись половины объемов своих квот, оказывается не способной исполнять договорные обязательства, принятые под залог квот, доставшейся ей по «историческому принципу»?

Прежде в аналитических статьях Макса Фишмана, которые мы публиковали на своем сайте, всегда была какая-то логика, какой-то смысл.

Теперь он утрачен.

Как, например, понимать эту смысловую конструкцию: «Действительно, в такой ситуации довольно неприятно, когда тебе напоминают, что предмет залога тебе не принадлежит, а лишь находится во временном пользовании. И весь бизнес, базирующийся на кредитах, может рухнуть. Однако это не повод начинать такую грязную игру и, прикрываясь всей отраслью отстаивать личные интересы».

А что же тогда является ПОВОДОМ, если тебя грозят РАЗОРИТЬ? Если государство своим Законом гарантировало тебе право на ведение бизнеса? И в одночасье, безо всякой на то причины и основания, лишило тебя (и всю ОТРАСЛЬ) этого права?

И как понять смысл вот этого: «Конечно, в крупном бизнесе бывает всякое, но попытка грязными методами защитить свою монополию на добычу краба в Северном бассейне, это уже больше похоже на паранойю».

Во-первых, для краболовов (как и любых бизнесменов в этой ситуации) защита своего бизнеса – дело святое.

И, во-вторых, привлечение общественных экспертов – дело правое, законное и нужное. Тем более, что в числе этих экспертов организации, созданные для защиты прав рыбопромышленников – Всероссийская Ассоциация рыбопромышленников, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) и Ассоциация добытчиков краба.

А теперь вернемся к «паранойе» - «в классическом представлении страдающие паранойей отличаются нездоровой подозрительностью, склонностью видеть в случайных событиях происки врагов, выстраивать сложные теории заговоров против себя».

В данном конкретном случае Распоряжение, подписанное премьером, нее является дружественным актом по отношению к представителям рыбопромышленного бизнеса. Этот документ рожден в результате сговора заинтересованных сторон и противоречит российскому законодательству. Этот документ, являясь плодом тайного сговора, нанесет по оценке доктора экономических наук Михаила Геннадьевича Делягина непоправимый вред рыбной отрасли России.

Так где же здесь «паранойя»?

Паранойя скорее в другой оценке этого ненормально явления, когда она – «редкий тип хронического психоза, обычно начинающегося в зрелом возрасте, для которого характерно постепенное развитие логически построенных монотематических систематизированных бредовых идей (вначале —сверхценных идей)».

И уже завтра, как и во времена рыбных аукционов Грефа, эти «сверхценные» идеи премьера и его команды, приобретут общеизвестный статус «бредовых».

Но сначала мы все (вся страна) от этих бредовых идей наплачемся.

Правда, народная мудрость справедливо гласит, что Москва слезам не верит…

Сергей Вахрин