Последние публикации

30 Ноя 2020
Тайны рыболовной дипломатии: от Ишкова до Шестакова. Аргентинское футбольно-рыболовное танго
30 Ноя 2020
Подписано новое Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Королевства Марокко
30 Ноя 2020
На Буссе рыбы нет: сахалинцы нашли причину плохого клева в неблагоприятной фазе Луны
30 Ноя 2020
Калифорния вводит новые правила на вылов данженеского краба
30 Ноя 2020
Трагедия Камчатки: у каждого своя правда
30 Ноя 2020
Директор камчатского рыбзавода попал под следствие
30 Ноя 2020
В Астрахани обсудили весенний паводок следующего года и прогнозы по популяции рыб
30 Ноя 2020
В США наблюдается крупнейший с 60-х годов «красный прилив»
30 Ноя 2020
Последнее китайское предубеждение
30 Ноя 2020
Первая серия траулеров по программе инвестквот сдана заказчику
30 Ноя 2020
Суда — браконьеры не допустят в российские порты
30 Ноя 2020
Барк «Седов» завершил уникальную экспедицию
30 Ноя 2020
Тюльку гонят со стола
30 Ноя 2020
Браконьера, выловившего осетров на 4 млн руб., приговорили к обязательным работам
27 Ноя 2020
Икорного короля взяли за жабры
27 Ноя 2020
Придорожная торговля рыбой и икрой попала под санкции
27 Ноя 2020
Итоги контрольно-надзорной деятельности в период лососевой путины 2020 года.
27 Ноя 2020
В поисках точки опоры
27 Ноя 2020
Мурманская компания увеличит производство филе рыбы за счет постройки траулера в 2022 году
27 Ноя 2020
О ходе реализации инвестиционных проектов по строительству судов рыбопромыслового флота
27 Ноя 2020
Цена экспорта филе выращенной трески из Норвегии продолжает расти при снижении уровня поставок
27 Ноя 2020
О задержании 3526 кг рыбы без ветеринарных сопроводительных документов
27 Ноя 2020
В Мьянме запущен проект «умного» совместного управления рыбными запасами
27 Ноя 2020
Подводные технологии помогут бороться с незаконным промыслом в Австралии
27 Ноя 2020
Под сомнительный треск льда на озере Буссе собралось не меньше сотни рыбаков
27 Ноя 2020
2 тонны рыбы-лапши зашло в сети сахалинских добытчиков
27 Ноя 2020
Как прошел нерестовый период?
27 Ноя 2020
В Челябинске подвели итоги рыбоохранной работы и наградили инспекторов
27 Ноя 2020
Более 50 тысяч сеголеток черного амура выпустили в озера Песьво и Удомля Тверской области
27 Ноя 2020
За январь-октябрь 2020 года объем экспорта рыбы, рыбопродуктов и морепродуктов вырос на 7%
26 Ноя 2020
Почти 40 тыс. мальков черноморского лосося выпустили в реку Мзымта в Сочи
26 Ноя 2020
На Сахалине рыбаки массово проваливаются под лед озера Буссе в погоне за корюшкой
26 Ноя 2020
На Ямале впервые создадут цех по производству рыбной муки
26 Ноя 2020
На Вологодчине выращено более 600 тонн товарной рыбы
26 Ноя 2020
Предприятиям-экспортёрам на Камчатке планируют возмещать часть затрат на доставку экспортной продукции
26 Ноя 2020
403 тонны углохвостой креветки добыли сахалинские рыбаки
26 Ноя 2020
Ожидается, что в этом году вьетнамский экспорт пангасиуса вырастет до 1,5 млрд долл. США
26 Ноя 2020
Партия икры морского ежа из Мурманска направлена на промышленную переработку
26 Ноя 2020
Спрос на норвежскую мороженую скумбрию вырос на 19 процентов
26 Ноя 2020
Датская AKVA заключила крупную сделку по проекту аквакультуры лосося в Китае
26 Ноя 2020
В Северо-Охотоморской подзоне убили на 34 морских зайца больше, чем было можно
26 Ноя 2020
Двое охинцев выудили на реке Булкунар 517 тушек горбуши и кеты
26 Ноя 2020
Три новых причала введут в эксплуатацию в мае следующего года
26 Ноя 2020
На 23 ноября российские рыбаки добыли свыше 4,5 млн тонн водных биоресурсов
26 Ноя 2020
Суды встают на защиту прав рыбоводных хозяйств
26 Ноя 2020
На водоемах УрФО инспекторами рыбоохраны за неделю выявлено более 70 нарушений
25 Ноя 2020
Трутнев: Конфликта между рыбаками и бизнесом на Дальнем Востоке нет
25 Ноя 2020
Более 600 кг черной икры задержали на трассе в Иркутской области
25 Ноя 2020
Промысловые компании Сахалина начали реализовывать свежую рыбу по доступной цене
25 Ноя 2020
«Вкусы России»: поддержим камчатскую продукцию!

Подписка на новости

Свиноферма на корабле

537
Эксклюзив

О пребывании главы Советского Союза и лидера КПСС Н. С. Хрущева на Севере в 1962 году написано немало. Автор сегодняшней публикации В. Ф. Корельский подробно останавливается лишь на нескольких эпизодах визита вождя в Мурманск и при этом рассказывает весьма интересные подробности. В канву повествования вплетен и полубиографический образ курсанта мортехникума Шурки Сазонова, с которым наш читатель знаком по предыдущим рассказам бывшего руководителя Госкомрыболовства России.

 

СВИНОФЕРМА НА КОРАБЛЕ
(о визите Н. С. Хрущева в Заполярье)

Выйдя на широкое крыльцо ДМО (Дом междурейсового отдыха (ДМО) – гостиница для моряков в Мурманске), Шурка посмотрел на небо и нахмурился. Густой утренний туман еще не развеялся, солнце едва пробивалось сквозь белесую пелену, выкатывало из-за сопки затертой пятикопеечной монетой. Следовало поспешить: в восемь часов от пассажирского причала отходил катер с ласковым именем «Ласточка», который и должен был доставить наших курсантов к стоящей на рейде плавбазе «Печенга».

На причале портовые рабочие крепили широченный плакат с аршинными буквами: «Рыбак силен берегом!». В воздухе стоял запах нефти – это бригада маляров, не жалея битумного кузбасс-лака, покрывала им облупленный борт траулера. У причальной стенки уже блестели жирной чернью соседние РТ и СРТ. Но в этой идиллической картине наблюдательный Шурка Сазонов заприметил что-то неладное. Он не поленился подойти поближе к краю причала и попытался рассмотреть другой, обращенный к заливу борт судна.

– Вы что, красите только эту, повернутую к рыбокомбинату сторону? – удивленно спросил он.

– Капитан порта приказал поторапливаться, так что если красить оба борта, то можем не успеть, – то ли в шутку, то ли всерьез ответил кто-то из маляров. А другой добавил:

– Но если кто из экипажа вежливо попросит, то мы сделаем по полной программе. Если через «пятый траловый» (Расположенный рядом с портом винный магазин). Вот боцман с РТ-174 под-суетился, поставил два пузыря – и все в ажуре. Покрасили как следует. А рядом на РТ-50 не хотят...

Тем временем один из наших друзей-мореманов, Константин, уже стоял на палубе «Ласточки». Выслушав торопливый рассказ взволнованного подобной несуразностью Шурки, он небрежно пожал плечами, – так Костик делал всегда, когда не находил ответа – и медленно достал из кармана пачку «Севера», вынул папироску и негромко промолвил:

– Странно, что ты вчера не заметил это безобразие, когда мы возвращались с того берега залива. А что, тут удивляться особо нечего – социалистический реализм в действии. А люди… Люди какими были полста лет назад, такими и остаются. Это у человека в крови: при каждом удобном случае выпить и закусить на халяву…

Неловкое молчание в разговоре двух приятелей нарушили доносившиеся с берега крики докеров и плеск воды у борта: несколько вельботов методично утюжили водную гладь, то показываясь, то исчезая из вида. Как оказалось, они чистили акваторию залива. Одним словом, в порту был объявлен полный аврал: марафет наводили и на берегу, и на воде. Все были при деле, и только черно-белая дворняжка нарушала рабочий ритм рыбного порта, бросаясь с громким лаем на мирно прогуливающихся по пирсу чаек. При виде бежавшей на них собачонки чайки неохотно взлетали и, лениво махая крыльями, разворачивались на морскую сторону. Набиравший силу ветер разорвал туман и уже начал разбрасывать по небу редкие облака и поворачивать стоящие на якоре суда в сторону Северного Ледовитого океана. Лето было в разгаре, зеленели деревья, днем воздух наливался теплом, но на заливе при северном ветре было прохладно. И то верно – Заполярье…

На Северном рейде в Южном колене Кольского залива плавбаза «Печенга» готовилась к рейсу на Джорджес-банку. В этом отдаленном районе промысла сложилась отличная промысловая обстановка и добывающие суда одно за другим с полными грузами ложились в дрейф в ожидании транспортов, а лучше – очередной плавбазы. Руководство тралового флота готовило направить в этот район к берегам Северной Америки «пловучий рыбозавод» (так в просторечье называли плавбазы). Перво-наперво «Печенгу» покрасили, так что теперь она издали напоминала пассажирский лайнер. Подремонтировали и загрузили флотским снабжением, топливом, укомплектовали экипажем. Судно было полностью готово к выходу в рейс. Но рейс задерживался.

Неожиданно на плавбазу прибыла внушительная комиссия, которая тщательно осмотрела все помещения, как говорится, от киля до клотика. Были сделаны мелкие, но многочисленные замечания. Плюс к тому, хотя судно было недавно спущено на воду на Гданьской судоверфи в Польше и только что покрашено, начальство распорядилось покрасить все вторично. Экипаж терялся в догадках о причинах таких осмотров и приказов. А тем временем рядом за бортом спасательный буксир «Стерегущий» отрабатывал лихую швартовку. Один раз его очередной подход к «Печенге» не увенчался успехом, при этом парадный трап был свернут в «бараний рог», а своим привальным брусом буксир оставил заметный след на корпусе. Несколько дней ушло на замену парадного трапа, после чего пострадавший борт плавбазы покрасили в третий раз…

Итак, к моменту прибытия на «Печенгу» наших друзей-курсантов, плавбаза выглядела весьма достойно. Благородного стального цвета корпус, белоснежная надстройка и палевые яркие мачты придавали ей сходство с большой яхтой королевы Дании или, в крайнем случае, прогулочным кораблем крупного капиталиста, а уж никак не с плавучим заводом по производству рыбной продукции. Бо́льшая часть экипажа «Печенги» была отправлена в увольнение на берег, на борту остался командный состав и человек 15 команды, в основном курсантов из средней и высшей мореходок. Обязанности вахтенного матроса исполнял Евгений Гончар, который и поспешил подать швартовые и смайнать новенький трап, услышав сигнал рейдового катера

– Кто такие? – строго спросил Гончар у вновь прибывших и симво-лично приложил правую ладонь к козырьку мичманки.

– У нас направление в штат, матросами палубной команды, – бойко ответил Шурка.

– Идите в надстройку, по правому борту дежурка вахтенного офицера. Вас примет третий помощник капитана Каргин, – приказал Гончар.

Катер еще раз проревел сиреной и отчалил. Начиналась пока еще мало знакомая нашим друзьям судовая жизнь. В дверях дежурки Шурку и Костика встретил Михаил Каргин. На нем ладно сидела безупречная черная морская форма с двумя яркими золотыми нашивками на рукавах. Третий помощник был человек необщительный, и благодаря этой черте характера он практически все время проводил в море, а в порту – на судне, неся различные вахты и подвахты. Это потом, когда Каргин станет начальником огромной морской империи под названием Всесоюзное рыбопромышленной объединение «Севрыба», а произойдет это лет через 20, – только тогда Михаил Иванович Каргин, к тому времени депутат Верховного Совета СССР, сможет легко находить подход к любому человеку, а благодаря своей природной смекалке и огромному трудолюбию решать многие трудные задачи. А пока Каргин кратко ознакомил вновь прибывших с судовым распорядком дня и их должностными инструкциями. После чего отправил курсантов к боцману Цветкову экипироваться и не в теории, а на практике познавать так называемую корабельную жизнь. А жизнь эта не так проста, как кажется на первый взгляд. И на военно-морском флоте, и на гражданском она полна разного рода неожи-данностей и непредсказуема. Тем более в рыбной промышленности. Не зря говорят, что рыбак – дважды моряк.

…Пока плавбаза «Печенга» мирно стояла на рейде, за тысячи миль от Кольского залива, у американского берега, промысловики запаниковали. Их капитаны слали в Мурманск сигналы SOS: траулеры дрейфовали, так как их трюма были заполнены под завязку и добытая таким трудом рыба начинала портиться. Нужны были плавбазы для приемки груза. Заполярная пресса била тревогу и призывала флотское руководство принять экстренные меры. Всем казалось, что мурманское начальство под надуманными предлогами откладывает запланированный отход «Печенги», которая по-прежнему на виду всего города дымила на рейде и особо никуда не спешила.

Все было покрыто тайной. Оставшиеся на борту члены команды и стажирующиеся курсанты пытались своими силами докопаться до истины. Вот и вахтенный матрос Женя Гончар, только что успешно сдавший экзамены за второй курс средней мореходки, уже десятый раз читал должностную инструкцию матроса второго класса, а его сокурсники – правила техники безопасности и охраны труда на флоте. О том, почему судно не выходит в рейс, можно было только гадать. Видимо, не случайно пару дней назад начальники мурманских высшей и средней мореходок издали приказ, запрещающий отпуска и свободную плавательную практику. Все курсанты занялись строевой подготовкой и патрулированием города под командой морских офицеров и командиров рот. Загадочность положения еще больше усилилась, когда вечером Гончар заметил на палубе «Печенги» военного моряка с погонами капитана второго ранга. Кавторанг был немолод, но строен, а золотые пуговицы и погоны придавали ему значительность. Взгляд незнакомца был неприятен и колюч. Жене Гончару даже показалось, что этот взгляд парализовал его тело и волю, вошел глубоко внутрь, достал до самой души… Вздохнув, матрос сделал вывод, что ничего хорошего в ближайшем будущем ждать не приходится. К слову сказать, большинство гражданских моряков недолюбливает военных, так как они слишком задирают нос, намеренно, как кажется, не придерживаются правил судоходства на море. А в сухопутной жизни образуют закрытый клан общества со своими традициями и негласными законами.

Необходимо отметить, что отношение к рыболовству в СССР предстает совершенно в ином свете, если учитывать общий исторический и политический фон в стране и в мире в начале 1960-х годов. Экономика Советского Союза в тот период работала на военно-промышленный комплекс. Все отрасли народного хозяйства были нацелены, прежде всего, на решение военных задач. А рыбохозяйственный сектор являлся одним из ключевых в данном контексте. Все рыбодобывающие и рыбоперерабатывающие суда имели двойное назначение. В военное время их легко приспосабливали для выполнения боевых задач, как было на озере Хасан в 1938-1939 годы или во времена Второй мировой войны. Представители командного состава рыбопромыслового флота, которым довелось в 60-80-е годы работать в открытых районах Мирового океана, хорошо помнят случаи, когда им приходилось обеспечивать походы подводных лодок и других военных кораблей. То есть рыбопромысловый флот был одним из многочисленных элементов нашей обороны на море, который активно эксплуатировался и в мирное время. Тем самым государство снижало затраты на оборонные цели и попутно ставило задачу рыбакам по наращиванию объемов уловов и переработки морепродуктов…

Утром 18 июля все разрешилось: перед жителями Мурманска предстал Н. С. Хрущев. Тысячи горожан собрались у вокзала и на прилегающих к нему улицах. Пионеры вручили московскому гостю цветы, люди аплодировали и вообще «встреча, – как писал позже сын Хрущева , – прошла пышно. К тому времени уже выработался определенный торжественный ритуал, который в значительной степени превращал деловую поездку в торжественное шествие».

Руководитель страны немного прогулялся по городу пешком, отвечая на приветствия горожан, затем проехал по центральным улицам. Рассказывают, что Хрущев, проводивший жесткую экономию средств и особенно металла, обратил внимание на металлические конструкции сооружавшегося тогда плавательного бассейна. На его вопрос о стройке начальство ответило, что это ... теплица. Таким образом, сообразительные мурманские «товарищи» ушли от разноса.

В середине того же дня спасательный буксир «Стерегущий» закрутил крутой вираж и быстро встал к «Печенге». По трапу поднялось человек двадцать крепкого телосложения в одинаковых плащах. Среди этих внушительных мужчин был и невысокий человек в большой шляпе.

У надраенного до блеска трапа в полной парадной форме и белых перчатках нес вахту матрос второго класса Гончар. Коренастый человек поравнялся с ним и протянул руку – это был Н. С. Хрущев собственной персоной, которого курсант раньше видел только на фото в газетах и на плакатах. От растерянности Женя забыл про деликатность и крепко пожал протянутую руку. Никита Сергеевич воскликнул: «О-о-ого!» и хотел что- то сказать, но следовавший за Хрущевым первый секретарь Мурманского обкома партии Г. Я. Денисов уже начал представлять стоящего рядом по стойке «смирно» капитана-директора плавбазы С. И. Кавалерова.

Капитан выглядел весьма представительно: почти двухметрового роста, крепкого телосложения, с мужественными чертами лица. Он обладал красивой седой шевелюрой, почти не поредевшей с годами, и изысканными манерами, за что друзья называли его «джентльменом». Был известен Сергей Иванович своей скромностью, отзывчивостью и великодушием. Избегал употреблять крепкие морские словечки. Так что не зря именно Кавалеров накануне визита был отозван из отпуска, который он проводил в Сочи с семьей в пансионате «Рыбак Заполярья», и спецрейсом доставлен в Мурманск.

Любо-дорого было смотреть, как при полной парадной форме, которую сшили по меркам перед экстренным возвращением из отпуска, капитан-директор стоял на вытяжку, приложив руку к фуражке, и громко докладывал Первому секретарю ЦК КПСС и Председателю Совета Министров СССР:

– ... Экипаж в составе 185 человек к рейсу готов. Бункеровка произведена. Снабжение принято из расчета на автономное плаванье в течение 3,5 месяца. Согласно рейсовому заданию следую в район Северной Атлантики на прием и переработку рыбы.

– Добро, давай, показывай свое судовое хозяйство, – в ответ произнес Хрущев.

– Никита Сергеевич, разрешите поднять Флаг Верховного Главнокомандующего, как это предписано Уставом службы? – не унимался Кавалеров.

– Раз положено, поднимите…

Сделав несколько шагов, Хрущев вдруг остановился и спросил:

– А почему у вас палуба не гофрированная, а в каких-то пупырышках?

– Тяжелые бочки с солью (160 кг) и с рыбой (110 кг) сложно перекатывать по гофрированной поверхности, – обстоятельно ответил Кавалеров.

Делегация проследовала на промысловую палубу. Там лебедчик за пультом и ухман, который руководил действиями лебедчика, которому не было видно ни груза, ни траулера, стали демонстрировать гостям обычные грузовые операции.

– Строп идет! – громко крикнул ухман.

Гак со стальной сеткой опустился на палубу стоящего у борта на швартовых новенького СРТР-712. Матросы расстелили сетку и начали ловко работать с еще ни разу не использованными массивными бочками. Они залихватски валили их, быстро катили по палубе к стропу и рывком ставили «на стакан». Бочки должны были стоять ровненько, тесно прижавшись друг другу, так, чтобы поместилось в сетку ровно девять штук. В противном случае ухман не принимал и заставлял расставлять бочки заново.

В этот раз все прошло как нельзя лучше: быстро закатили девять бочек, два рыбака завели углы сетки на гак и разбежались по углам палубы. Чисто. Ухман подал сигнал, и строп легко пошел вверх. Неожиданно, под сильным порывом ветра, груз начал раскачиваться между рубкой и мачтой, угрожая снести фор-стеньгу. Но опытный лебедчик уловил момент и точно опустил строп в трюм. Вслед за первым пошел второй, третий ... Все стропы точно опускались в самое нутро плавбазы.

– Это только полуфабрикат, на плавбазе мы производим готовую продукцию – рыбную муку, пресервы, а селедку солим и отгружаем ее на транспорт, бывает, и сами перевозим, – воодушевленно и со знанием дела объяснял капитан Кавалеров.

– Достаточно, – остановил его Никита Сергеевич. – И все же, на мой взгляд, палуба должна быть гофрированной. Малиновский, посмотрите с Ишковым (Малиновский Р.Я. – Министр обороны СССР. Ишков А. А., – руководитель рыбной промышленности СССР), что можно предпринять, подключите научные коллективы...

Наступила гнетущая тишина. Никто из членов делегации не вымолвил ни слова. Лидер страны был недоволен. Выход из неловкой ситуации нашел Кавалеров, который показал Хрущеву несколько кают личного состава, капитанский мостик, современные медицинский блок и судовой кинозал. Все это время Никита Сергеевич был задумчив и неожиданно спросил:

– А куда идет ваша продукция?

– Везем ее в Мурманск без заходов в другие порты, – без запинки ответил капитан-директор.

– Зачем везти в Мурманск? Это ведь какие потери для нашей страны, взад-вперед гонять корабли!? Вот, недавно был у меня министр революционных вооруженных сил Республики Куба Рауль Кастро. Они там, в Гаване, очень заинтересованы в поставках рыбы. Родион Яковлевич, как вы смотрите, если мы на Кубе построим рыбокомбинат? – обратился Хрущев к министру обороны.

– Никита Сергеевич, указание понял, рыбокомбинат нужен всем, отработаем, – заверил главу государства Малиновский.

Далее все направились по главному трапу вниз. Спустились на две палубы, где делегацию встретил вахтенный помощник капитана Каргин. Как и весь экипаж, Михаил Иванович был при полном параде. Он торжественно распахнул стеклянные двери и по красной ковровой дорожке проводил высоких гостей до кают-компании. Там уже ждал сверкающий и полностью заставленный блюдами и напитками стол. Однако Хрущев, в свойственной ему манере, направился мимо, в салон рядового состава. В помещении столовой он обратил внимание на столы, застеленные яркой клеенкой с красно-синими цветами. Отогнув край, увидел пластиковую столешницу. Возмутился:

– Кому очки втираете? Столешницы и так в прекрасном состоянии. Для чего дорогую клеенку зазря купили?

Удрученные и утомленные ходьбой по корабельным трапам, гости вышли на верхнюю палубу, откуда открывался живописный вид на город, на залив. Посмотрев на покрытый лесом и кустарником противоположный берег Кольского залива, Хрущев задумчиво произнес: «Вот здесь было б лучше построить город». И хотел было развить мысль, но в этот момент набежала черная туча, дунул резкий холодный ветер, и вся делегация стремительно последовала вниз. Настроение у Никиты Сергеевича окончательно испортилось.

Вдруг он оживился:

– Что это? Откуда?

Где-то явственно слышалось визжание свиней, что для морского корабля с его суровыми порядками было уж совсем необычно. Лидер страны как завороженный пошел на звуки и вскоре уперся в дверь тамбучины (Рубка, помещение с различным палубным инструментом), на которой киноварью, от руки, виднелась надпись: «СВИНОФЕРМА».

А дело было так: накануне визита московских гостей судовой плотник с памятной для каждого советского человека фамилией Ульянов по указанию свыше подготовил семь загонов для свиней. Кстати, этот Ульянов тоже был не лыком шит и по большим праздниками надевал китель не с какой-то там медалькой, а со звездой Героя Советского Союза! Одни говорили, что Героя он получил за успешные действия на линии Маннергейма в Финскую войну, другие – что отличился наш плотник при форсирование Днепра уже в Отечественную. Впрочем, он сам никогда не вспоминал о своих подвигах.

Управлять свиноводческим хозяйством на «Печенге» поручили бывалому матросу Архипу Аксенову. Сам родом из Украины, с Полтавщины, он лучше всех в экипаже разбирался в нуждах хрюшек, которых на корабль завезли ровно семь штук, и все средней упитанности. Был у Аксенова только один недостаток – очень охоч был наш Архип до горилки. И не мог остановиться, пока она не кончалась. А потом долго страдал от похмелья, трудиться не мог. Поэтому первый помощник капитана плавбазы Никитин вместе с куратором из КГБ провели серьезную беседу с украинским хлопцем, выдали ему белую, редкую по тем временам нейлоновую рубашку, галстук и дефицитную электробритву. При этом строго предупредили о последствиях.

Сейчас трудно сказать, кто вообще придумал устроить свиноферму на корабле перед визитом Н. С. Хрущева. Так или иначе, но вскоре решили заменить свиней на более симпатичных поросят. Экипаж особенно радовал молоденький боров по кличке Добрыня, который очень любил, когда моряки хлопали его по шее и чесали за ухом. У каждой клетки с животными висели таблички с указанием имени, возраста и текущего веса свиней.

…У дверей тамбучины с надписью «СВИНОФЕРМА» гостей встречал матрос Аксенов, или дед Архип, как прозвали его на судне. Впрочем, по штатной должности на плавбазе он числился сапожником. Из дверей, лениво похрюкивая, выбежали крепкие розовые поросята. Вождь заулыбался и с интересом начал расспрашивать, чем их Архип кормит. Услышав обстоятельный ответ, да еще характерный, с придыханием, украинский говор, Хрущев обеими руками обнял и трижды расцеловал свинаря, после чего достал из кармана плаща записную книжечку и что-то записал в ней затупившимся карандашиком. Затем вождь подозвал Малиновского и долго рассказывал ему об особенностях свиноводства, как вообще надо откармливать поросят.

– Учитывая ваши, Никита Сергеевич, указания, разрешите и на других судах перенять опыт: растить поросят для дополнительного питания экипажей, – подчеркнул готовность следовать партийной линии секретарь Мурманского обкома КПСС Евгений Шапкин, курирующей промышленность в области. Добро, конечно же, было дано. А об инициаторе этого дела, экипаже плавбазы «Печенга», уже на следующий день писали газеты: «С большим вниманием Н. С. Хрущев выслушал рассказ корабельного свинаря А. М. Аксенова о свиноферме, которая была организована на плавучей базе. Моряки получают мясо за счет откорма свиней на рыбных отходах…»

Что еще добавить к той памятной встрече на борту «Печенги»? Когда высокий гость заторопился на берег, экипаж обратился к Никите Сергеевичу с просьбой сфотографироваться на память. Снимок был сделан, и московские гости покинули борт «Печенги». На групповом портрете мы видим не только самого Н. С. Хрущева в центре, но и сопровождавших его Р. Я. Малиновского, B. A. Касатонова, Г. Я. Денисова, Е. И. Шапкина, А. Е. Епишева, Е. П. Козлова, А. И. Филиппова, Г. М. Бородулина, Н. Л. Коновалова, B. A. Шлыкова, а также членов экипажа с капитаном-директором С. И. Кавалеровым (на фото по правую руку от вождя) и третьим помощником М. И. Каргиным (в верхнем ряду в фуражке).

161120201.jpg

Сойдя на берег, лидер державы побывал в ГУ «СЕВРЫБА» – нынешнем здании Мурманской областной Думы, где осмотрел выставку продукции, выпускаемой судами и береговыми предприятиями Северного бассейна. Провели и дегустацию новых образцов продукции на рыбокомбинате – в то время лучшим в мире комбинате, гордости Мурманска. Дегустацией вождь остался доволен. Пользуясь благоприятным моментом, руководитель «Севрыбы» А. И. Филиппов привлек внимание Н. С. Хрущева к проблемам – недостатку выделяемых средств, необходимости возведения южного района порта для крупнотоннажных судов, строительства новой ТЭЦ. Незамедлительно были даны соответствующие поручения Госплану СССР – и все обозначенные вопросы были решены. Без волокиты и долгостроя, в чем мы, выпускники мореходок 1960-х годов, имели полную возможность убедиться на собственном опыте: в Мурманск поступали новые корабли, причалы строились, на флоте шел быстрый как профессиональный, так и карьерный рост молодых специалистов.

…Но вернемся в столовую рыбообрабатывающего комбината. Устав от проблем, которыми «грузил» его руководитель «Севрыбы», Хрущев резко сменил тему разговора:

– Это что, партактив или дегустация? – спросил он. – Вот и продегустируем!

По общему мнению, выставленную рыбную продукцию вождь оценивал очень предвзято, в резких выражениях припечатывая: «Это как резина… Это как покрышка… Это старо как мир...». Мурманчанам-рыбакам было весьма обидно. А когда Никита Сергеевич попробовал рыбные пельмени, то поставил пять с плюсом. После этой высокой оценки вождя рыбные пельмени из Мурманска появились в магазинах всей страны и пришлись по вкусу жителям самых отдаленных уголков Союза.

…Вечером 18 июля тысячи и тысячи горожан собрались на Центральном стадионе (тогда он назывался «Труд») на встречу с Н. С. Хрущевым. Глава государства от всей души хвалил мурманчан за их трудовые подвиги, что не помешало ему уменьшить их полярный коэффициент на 20 %, так как все дни пребывания Хрущева в Мурманске стояла ясная теплая погода. На весь город громкоговорители разносили слова вождя:

– Мурманцам честь и хвала, вы проложили пути удаленного лова рыбы, за вами пошли другие... Надо нам океан разбить на зоны, и каждая база должна иметь свою зону... Ведь я могу вам сказать, товарищи, вы не обижайтесь, вы – действительно наши дорогие и самые дорогие товарищи... Дорогие и в прямом, и в переносном смысле…

Вскоре в толпе появились первые недовольные, посыпались «неправильные» вопросы: почему нет лезвий для бритья, где носки, когда в магазинах будет белый хлеб, мясо, колбаса? Поначалу Никита Сергеевич реагировал на крики довольно доброжелательно, заявив: «Я не слышу, что вы говорите, а человек, когда не слышит и будет пытаться отвечать, то может не то сказать, что ждут от него». Тогда народ повел себя более агрессивно, выкрики стали громче, напор – сильнее. Кое-где даже свернули ограждение. Всем хотелось донести свои беды до первого лица государства.

Среди толпы – шум, движение. Стоящая невдалеке женщина протягивает руку, пытается передать записку, что-то истерично кричит, но ее никто не замечает. И тут Хрущева прорвало. «Как не стыдно, – рассердился он, - ведь наш митинг передается по радио, его слушают не только у нас, но и в капиталистической Норвегии. А она раскричалась, что записку ее не передают. Выйди сюда и скажи. А я заранее знаю, какая у тебя записка. Некоторые, может быть, в тысячу раз хуже живут и молчат, а она орет. Нахалка вы, жен-щина! У меня в Ялте такой случай был: вот, одна женщина все пыталась увидеть меня. Когда я сидел в лодке, она вошла в воду и стала демонстрировать, якобы тонет, кричит истошным голосом. И это здоровая женщина, весом пудов в шесть. Я сказал: «Ну, такая не утонет». И, действительно, не утонула. (Аплодисменты). После того, как ее пристыдили отдыхающие на берегу люди, она больше не появлялась. Я – бывший рабочий, шахтер, видел разные виды, знаю, кто в каких условиях живет и работает. Так что с каждым могу рядом постоять…».

Митинг поспешили завершить, настроение у вождя было чрезвычайно плохое.

…На следующий день вся высокопоставленная делегация была в Североморске, где с борта флагмана Северного флота крейсера «Адмирал Ушаков» наблюдала за учениями. Руководителя государства сопровождал не-давно назначенный командующий Северным флотом адмирал Владимир Афанасьевич Касатонов. Кульминацией практических занятий стал пуск баллистической ракеты с борта подводной лодки. Никита Сергеевич был очень рад успехам военных моряков.

– Теперь мы можем разговаривать с Америкой на «ты». Знай наших! – радостно резюмировал он главкому ВМФ адмиралу флота СССР Сергею Георгиевичу Горшкову. В то время «холодная война» была в самом разгаре. Мир был хрупок, и люди жадно вслушивались в новости из радиоприемников и только появляющегося телевидения.

…Постепенно огибая Кольский полуостров, крейсер продвигался к горлу Белого моря. По пути он ненадолго заходил в рассыпанные вдоль побережья военно-морские базы. Их посещение также входило в план учений.

Вечером 22 июля «Адмирал Ушаков» ошвартовался на Красной пристани в Архангельске. В этом городе вождя встретили восторженно. Ряду северных районов области глава государства объявил о введении полярных надбавок (видимо, их жителям, не в пример мурманчанам, повезло с плохой погодой). Митинги, рапорты о трудовых победах, бурные аплодисменты и народные гуляния на площади Профсоюзов в Архангельске продолжались всю ночь.

В толпе встречавших Н. С. Хрущева был и учащийся Соломбальского сельскохозяйственного техникума Федор Яковлевич – отец одного из оставленных нами на борту уже спешащей в район промысла на помощь рыбакам плавбазы «Печенга» матроса Шурки Сазонова. Федор Яковлевич все принимал на веру, да и как иначе – перемены, дыхание хрущевской «оттепели» ощущались повсюду. Город из деревянного стал каменным. Люди из коммуналок переселялись в хрущевки – как-никак, а в них были отдельные квартиры со всеми удобствами. Что еще оставалось желать советскому человеку, строителю коммунизма? Проблемы придут позже, в конце века. А пока впереди у таких, как Шурка Сазонов, – вся жизнь, в которой было место и подвигу, и гордости за свои трудовые успехи.

В. Ф. Корельский
Ноябрь 2020


Читайте также...

Благотворительные проекты

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Календарь публикаций

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 31 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 1 2 3 4 5 6
 <  Ноябрь   <  2020 г.